Размышления ZZ после прочтения книги Джулиана Саймона
Сегодняшняя общественная ситуация по отношению к алармизму и
катастрофизму попросту ужасна и безответственна. Это - как суд Линча, когда было
достаточно простого подозрения или облыжного обвинения, чтобы человека
прикончили. Или погромы – кто-то обвинил евреев, что они убили ребенка – без
всяких доказательств, но этого было достаточно, чтобы толпа пошла «бить жидов».
Причем в данном случае средства публичной информации и некоторые ученые активно
выступают в роли провокаторов – «наводчиков». Наверное, нечто аналогичное, типа презумпции невиновности и судебно-подобной
процедуры разбирательства должно существовать и для «подозрительных» веществ,
технологий, проектов, природных явлений и т.п. Большинство юридических систем ограничивает свободу слова, если нужно
предотвратить ситуации массовой паники, ложной тревоги. В армии в военное время паника среди солдат страшнее
атак врага. Офицер обязан ее
остановить любой ценой, даже застрелив паникеров, если другого выхода нет. • Сегодняшняя ситуация, когда случайные, безответственные, а иногда и
безграмотные выступления или публикации, неверно истолкованные средствами
массовой информации (а иногда и специально раздутые теми, кому это выгодно),
приводят к паническим изменениям на рынке и в поведении людей и огромным убыткам
и опасностям, совершенно нестерпима. Фактически это ситуация, позволяющая
разного рода проходимцам манипулировать обществом с помощью средств массовой
информации. • Но отсутствие реакции на предупреждения об опасностях также невозможно – есть
риск пропустить нечто реально опасное. Реальный путь решения "проблемы катастрофизма" не должен порождать новые бюрократические машины,
а должен использовать уже имеющиеся и проверенные временем ресурсы общества.
Например, можно опираться на использование существующей судебной системы. В соответствии с презумпцией невиновности
любые обвинения должны быть доказаны в суде, не зависящем от законодательной и
исполнительной власти, в соответствии со строгой формальной процедурой,
основанной на соревновательной системе судопроизводства – то есть при наличии
обвинителя (прокурора) и защитника (адвоката), которые должны будут доказать
судье или жюри присяжных свою точку зрения. Обвинители, например, доказывают
реальность и опасности глобального потепления, а защитники отрицают само наличие
"преступления" или его опасность и т.п. В результате рассмотрения дела жюри
выносится приговор – выводы о данной опасности, ее реальности и возможном
ущербе, возможных и рекомендуемых мерах пресечения. Очевидно, также
могут выноситься частные определения в адрес людей или организаций, уличенных в
злостном искажении информации, и в адрес средств массовой информации, виновных в
разжигании паники. Если же выявятся факты умышленного манипулирования обществом,
прямого жульничества – дело может передаваться в уголовный или гражданский суд.
При этом процедура суда и его рекомендации должны быть прозрачны для общества.
На базе же решений суда правительство, общественные организации и/или бизнесы
могут разрабатывать и инвестировать те или иные мероприятия по мониторингу,
предотвращению или уменьшению опасности, защите от нее и т.п.
Причем, если мероприятия спорные - возможна их проверка опять таки через
судебную процедуру. Такие дела могут рассматриваться в обычных судах, возможно и создание
специальных судов (как патентные суды для процессов об интеллектуальной
собственности). Материал для таких процессов могут предоставлять существующие
организации для сбора и анализа информации, от разведок и
соответствующих подразделений полиций разных стран до университетов и систем
климатического, медицинского, экономического и т.п. мониторинга. В процессе
глобализации эти системы все теснее сотрудничают друг с другом. Мы
убеждены, что со временем они будут использовать эффективные
методики анализа и
предсказания вредных эффектов, основанные на ТРИЗ, что позволит
существенно улучшить эту работу. . В принципе, идея использования судебной процедуры не слишком нова, уже
предлагалось,
чтобы климатологи доказали наличие глобального потепления и роль выбросов
углерода перед жюри. Естественно, эти предложения были отвергнуты с
негодованием. Ученые – «изобретатели опасностей» - дружно объясняют, что неученые не
могут судить о науке… Да, вероятно, нет смысла проводить судебные процессы по
поводу того, какая модель структуры Вселенной более достоверна. Но когда
разговор идет о вопросах, связанных с миллиардными расходами, и об опасности,
угрожающей всему человечеству – общество может и должно об этом судить. Да и вообще
говоря, то, что пока было опубликовано по вопросам глобального потепления и
других опасностей, особо глубоких и эзотерических истин не содержало. Описывались весьма примитивные
и часто очень спорные модели, самой трудной для понимания и самой
секретной частью которых были их многочисленные «дыры», произвольные допущения,
нелогичные доказательства, подтасовка фактов и т.п. А это как раз то, что что суд
прекрасно может
выявить в процессе дискуссии прокурора с адвокатом (с
привлечение экспертов если необходимо). Создать такого рода систему, безусловно, будет непросто. Против нее
стеной станут все национальные и международные бюрократии, которым она подрежет
крылья! Но нет никаких сомнений – рано или поздно она будет создана. И, скорее
всего - явочным порядком, когда начнутся суды над учеными - манипуляторами и
журналистами - провокаторами!
Катастрофисты убеждены, что в наши дни люди скорее разрушители, чем созидатели,
иными словами, что наш мир делается все менее безопасным и удобным для жизни.
Они вещают, что «кризис» всей планеты углубляется. Но если бы все было так и на
самом деле, это означало бы полный слом всех прошлых тенденций. Логически,
разумеется, такое можно вообразить. Однако полезно помнить, что во все времена
были люди, проповедовавшие — и с большой убедительностью, — что близится день
Страшного суда, что человечество еще никогда не бывало в такой опасности. По
каким-то психологическим причинам для многих подобного рода катастрофические
пророчества обладают необоримой иритягательностью. Но вера в такие
иррациональные предсказания навлекает несчастья, как было с теми, кто в конце
первого тысячелетия распродал свое имущество и ушел в горы дожидаться близкого
конца света.
В цивилизованном же суде всегда действует презумпция невиновности
(лат. praesumptio innocentiae) — один из
основополагающих принципов уголовного судопроизводства. Принцип презумпции
невиновности гласит, что бремя доказательства лежит на стороне обвинения. Это
означает, что обвиняемый не должен доказывать свою невиновность, а, напротив,
обвинение должно предоставить веские и юридически безупречные доказательства
вины подсудимого (обвиняемого). При этом любое обоснованное сомнение в
доказательствах трактуется в пользу обвиняемого. В тоталитарных и авторитарных
странах этот принцип, как правило, игнорируется. (из Википедии)
О панике
Па́ника (греч. Panikos) — безотчётный ужас, букв. внушаемый богом лесов Паном) —
психологическое состояние человека — безотчётный, неудержимый страх, вызванный
действительной или мнимой опасностью, охватывающий человека или многих людей,
неконтролируемое стремление избежать опасной ситуации. Например, крик «Пожар!» в
толпе вызывает стихийную панику, даже если никаких признаков пожара нет (из Википедии).
Пример. Пресса
заявляет, что происходит исчерпание пахотных земель в связи со строительством
дорог и аэропортов. В принципе, простейшие статистические выкладки показывают,
что это – чепуха, что под застройку уходит совершенно ничтожная часть земель,
что постоянное повышение плодородия благодаря развитию агрикультуры высвобождает
множество обрабатываемых земель, что правительства (в США и европейских странах)
вообще платят фермерам за то, чтобы они ограничивали производство… Но такие выкладки бюрократии Министерства Сельского Хозяйства совсем не
интересны. Они лучше создадут комиссию, да не одну, которые будут долго
обсуждать надуманную проблему, потом выработают какие-то рекомендации, под это
увеличат свой бюджет, создадут соответствующий отдел, наймут еще клерков… И не
важно, в какой стране это министерство – России, США или Зимбабве - бюрократия всюду действует одинаково.